Часть 1. ЧАНША У РЕКИ СЯНЬ. Серия заметок из путешествия "В краю хунаньских аватаров"

авиабилеты | визы | фото

ПРОЛОГ

У меня все еще открыта американская виза, и я хотел лететь на свой январский день рождения в Нью-Йорк. Но прослезился от цены авиаперелета и закрыл эту тему. Я стал мониторить Авиасейлс и ерзал, пока не наехал на китайскую линейку: она оказалась в три раза дешевле нью-йоркской. За 50 тысяч можно слетать в Сычуань прямым рейсом до Ченду или в Хунань с пересадкой в Пекине. В провинции Сычуань я был уже, добрался тогда до их пика коммунизма – высшей в Китае горы Гунгашань; красивая провинция! В Хунани не был, а там аватары. Готов был теперь отправиться и туда, и сюда. Пригласил Марата – он предпочел Хунань, аватаров. Решили не ждать января, а отправиться туда в более теплом ноябре. Собрались – отправились и провели в Хунани две недели.


Поэтому вчера я вышел только с анонсом, всего с одной фоткой: Чанша, ночь, кабачок – такой характерный маленький противовесик индустриальному и коммерческому лику мегаполиса.



Чанша входит в двадцатку наиболее развитых промышленных городов Китая и серьезно страдает поэтому от убогой экологии. Это туристу хорошо – через город проходят две ветки высокоскоростных поездов, оперативно связывающих Хунань с другими провинциями, а местный аэропорт вообще один из самых загруженных в стране. Но оседлому горожанину это не улыбается. Оседлый горожанин желает после работы вечернего уюта и досуга, когда можно расслабиться, забыть о полутора миллиардах других китайцев и побыть с собой, друзьями и близкими. Чисто китайское желание.

И вот, усевшись в низких и мягких невставучих креслах, мы смаковали коктейлики и под слащавую алкоголинку балдели от мысли, что этот расслабон наш не в каком-то присном кабаке Китай-города, а в достоверном китайском местечке.

ЧАНША У РЕКИ СЯНЬ

Итак, Чанша. Мы провели в городе два плановых полных дня. Хотели поделить их на знакомство с историческими и видовыми местами правобережной центральной части города и прогулку в зелени левобережных парков. Однако погода внесла коррективы. За первый день мы действительно “чисто ногами” обошли означенные места знакового района Тяньсинь (там был и наш отель Dori1993 на 12-м этаже одного из торговых комплексов), а во второй перескакивали на такси с места на место, преследуемые мелким дождиком, поставившим крест на всех заречных прогулках. Поэтому я не стану здесь делить наши дела по дням, а поделю их по отдельным, главным местам посещений.

Ок, идем гулять и эту первую фотопрогулку проведем у реки Сянь. Она самая крупная в провинции, один из главных притоков Янцзы. Сянь почти вдвое короче Оки, но в четыре раза шире ее и дважды мощнее по водорасходу. Река, как и многие в Китае, норовиста. В 1998 году она вызвала сильнейшее наводнение, которое попортило жизнь двум с половиной миллионам горожан и потребовало вмешательства военно-партийных сил страны для устранения последствий. На набережной реки создали городской мемориал в память о том стихийном бедствии.





С этого мемориала я и начну фотообзор двух правобережных набережных Чанши, по которым мы прошлись. Первая – отправная, более северная – поразила нас своей безлюдностью: мы были практически единственными ее гуляками – и это в десятимиллионном городе! Ау, китайцы! Чего это у вас природа не боится пустоты?







Стоя над водой, мы наблюдали, как по предзимне-холодной реке против ее течения – с севера на юг – время от времени проплывали мужчины средних лет. Они были крепки, выносливы, решительны, и каждый толкал перед собой какую-то оранжевую плавучую люльку. Никак курьеры почту доставляют – решил я и окрестил эту набережную Курьерской.



За мостом, который мы миновали, началась другая, теперь уже людная набережная. Людом были граждане серьезных лет, от 50 до 150, досуже предававшиеся традиционным исконно китайским развлечениям – верчению палки в руках, побиванию хлыстом крутящейся юлы, парным и сольным танцам, играм в манджо и китайские карты. Я окрестил эту человечную набережную Аллеей Генофонда Нации.







Лавируя среди участников этого форума незлобивой жизни, мы добрались до кумирни Цзя И – или, как ее легально называют, его бывшей резиденции. Славный поэт и философ, он жил в эпоху империи Хань во 2 веке до Р.Х. Правда, резиденция в нынешнем ее виде была построена в 20 веке, поэтому Цзя И в ней, выходит, не очень-то и жил. Зато это красивый музейный ансамбль. При этом можно подняться на верхний этаж главной пагоды и полюбоваться рекой и городом. А еще можно поглазеть на костюмированных хрупких молодых китаянок, которые, как к меду осочки, льнут к стилизованным беседкам и вверяют себя умелым молодым фотографам, знающим, как придать охочим до эффектных фоток девушкам пущую выразительность.












Уже в другой день мы перебрались по мосту на Мандариновый остров, протянувшийся на 5 км посреди реки. В его лесистой зоне очень приятный одноименный парк с ухоженными набережными и пагодами, и остров действительно люден. Но народ предпочитает платные шатл-басы и сразу валит к главной заманухе острова, которая на его южном краю. Это внушительный каменный монумент молодому красавцу Мао Цзэдуну, который во времена российских революций учился в Хунаньском педучилище Чанши и поработал учителем, а за китайской революцией отправился в Пекин уже потом. Памятник впечатляет. Мне он почему-то напомнил о молодом Шопене. Не внешним сходством, конечно. Я любовался памятником со всех сторон, и он был разный.

Хунань. Чанша у реки Сянь.














ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Фотографии и текст: Игорь Паша